Использование оружия ядерного ( שימוש בנשק גריעיני, шимУш бэ нЭшек гарьинИ)
Вторжение (פלישה, плишА)
Экстремальные сценарии (תרחישי הקצון, тархишЕй hа кицОн), к которым готовится США (שאליהם נערכת ארה''ב, ше элеhем неэрЭхет арцОт hа брит).
Тревожно (беспокоит) (מטריד, матрИд)
беженцы (פליטים, плитИм)
колонны (שיירות, шиирОт)
Пушки грохочут (תותחים רועמים, тотхИм роамИм)
Сестра зятя с ребенком бежали в Польшу, под Варшаву.
А моя бабушка, в Первую мировую войну, бежала из- под Варшавы. Ей помог русский офицер Воронов, влюбленный в нее. Она написала об этом. Я поразилась тому, что мало что изменилось с тех пор(((((
****
Солнце еще не потеряло свой летний накал, прозрачно- голубое небо было неизмеримо высоко. Люди уходили, уезжали, спасались кто как мог. Только и слышалось:
-Немцы идут! Немцы близко!
Пыль, осевшая на шоссейных дорогах после нескольких дней интенсивного беспрерывного бегства, подтверждала уход русских. Но по обочинам все ещё тянулись люди с котомками на плечах и с детьми на руках. В воздухе слышались детский плач и крики взрослых, мычание коров.
На вокзале туча людей ожидала эшелон, площадь и прилегающие к вокзалу улицы запрудил народ. Пробиться к эшелону не было никакой возможности. Где только можно было влезть или сесть- всюду были беженцы.
-Мама! Ма-а-а-ма!- беспомощно и громко плакали дети.
Паровоз захрипел, бездушно фыркнул, раздался длинный паровозный гудок, пришли в движение колеса, а крик и отчаяние усилились.
В это время на второй платформе стоял наготове состав особого назначения. Густой черный дым застилал все вокруг него. Воронов выглянул из вагона. Перед ним расстилалась человеческое море, не протолкаться, ничего не увидать в толпе, голоса не услышать из-за непрекращающихся криков!
Воронов стоял в тамбуре, санитарный состав был готов к отправлению, грозно шипел.
-Не успели...не успели...,- досадливо повторял он.
После визита Воронова Милеровичи собирались в страшной тревоге. Когда попали на вокзал, то поняли, что застряли.
Вороновпрошел в последний вагон, и вдруг увидел их. Тогда он отчаянно замахал рукой:
-Сюда! Сюда!
Но разве ж можно было заметить и услышать что-либо в этом шуме.
В этой суматохе Янка вдруг увидела семнадцатилетнего Леона, бежавшего из Лодзи к брату, жившему по соседству с ними.
Янка знала, что нравится Леону.
Тут же по воле толпы его отнесло от них.
-Куда вы, панно Янина?- удивленно закричал он. Его относило толпойвсе дальше и тогда он запел.
Воронов вышел с другой стороны состава, пошел по рельсам к Милеровичам.
Первым Воронова заметил Юзек, он бешено замахал руками.
-Как мы попадемв вагон?- дернул врача за рукав мальчик, когда тот пробился к ним,-За мной!- коротко приказал Воронов, подхватив Олюи Янку под руки.
Толпа тут же отделила их от родителей. Когда Воронов помогал сестрам взобраться на высокие ступеньки в санитарный поезд, с неба ударила очередь, пули прошили толпу, которая качнулась, заколыхалась. Янка крепче схватилась за поручень, санитарный состав тронулся.
Варшава военная комендатура
Янка стояла у окна. В ушах звучала песня Леона.
Она прятала полные слез глаза и от Оли и от сидящих в вагоне военных.
-Зачем мы здесь? Зачем?- еле слышно повторяла и повторяла она.
Вот уже мелькнули за окном последние низенькие домики с развешанным на частоколе сушащимся бельем, начались поля. Янка вспомнила Старе- Джевице, где жила ее бабушка в одной избе с замужней дочерью и зятем. Она увидела извилистую речку и широкие поля, не черноземные, а какие-то пепельные. Вспомнилась соломеннаякрыша вровень с землей хатенки бабушки Марцеллы.
Деревеньки, поля, леса, придорожные будки стрелочников, дороги со шлагбаумами, телеграфные столбы сменяли друг друга как на картинке.
Оля подошла к Янке, тронула ее за плечо.
-Давай посидим! Я устала!-Оля звала сестру в купе, сесть на лавку.
-Я не хочу в купе,- ответила Янка. Она боялась объяснений с Вороновым. Оля сняла с багажной полки сафьяновую корзиночку, приставила плотно к стенке вагона. Янке ничего не оставалось, как присесть.
-Ты сказала, что наши едут в другом вагоне! Что же они до сих пор не пришли?- спросила Янка сестру.
-Сейчас зайдет Василий Ефимович,- бодро ответила Оля,- и все нам скажет.
Промелькнул город Гродиск, известный своими яблочными садами. Здесь жил брат отца.
Янка прижала косы к голове, вытерла рукой глаза и вдруг потеряла сознание.
Ей показалось, что прошла секунда, она очнулась.
Вокруг нее стояли люди в военном, а она лежала на полке. Воронов озабоченно хмурился, держа в руках стакан с водой.
Рука долговязого рыжего майора , покрытая веснушками, удержала Янку, порывисто попытавшуюся вскочить.
-Минюк! Как она?- строго спросил Воронов.
-Вам велено лежать, барышня! - быстро проговорил майор Минюк Янке, подкрепив свою речь жестами,и только потом обернулся к начальнику.
-Всего лишь обморок,- успокоил он командира.
Воронов аккуратно положил вдоль Янкиных рук ее же косы, расплетенные до половины и упавшие на пол.
-Бедная ваша мама!-сокрушающимся голосом заговорил Воронов,- Столкнули со ступенек,- он качнулся назад всемтелом, пытаясь показать,что произошло,- Но вы не волнуйтесь, она упала в толпу.
-Беженцы просто обезумели, -по голосу Воронова было понятно, что он сильно потрясен,- Они спасались от самолета... Они отнесли вашу маменьку от вагона, -Воронов старался подобрать понятные слова.
-Будем надеяться, что все ваши вернулись назад в вашу квартиру,- подвел итог он.
-Их нет?- изумилась Янка,- Как это?
Воронов не нашел слов для ответа.
-А мы куда? Как?- она была в панике. Они уезжали с Олей одни, без семьи.
Была глубокая ночь, когда, замедляя ход, санитарный поезд въехал в свежезамаскированный Варшавский вокзал.
Сестер встретила тишь. Нигде ни души. Все было спрятано. Осталась в прошлом столичнаяшумная блестящая жизнь, рауты, обеды, интриги элегантного общества, театры и концерты.
-Ну что ж, -Воронов был бодр и деятелен, -Сейчас же едем в военную комендатуру за вашим разрешением на Белосток,- он подал руку подавленным сестрам, помогая им сойти с поезда.
Уличные фонари стояли уныло, словно собственные тени. Еще вчера было лето, а сегодня уже разгулялась непогода, крупные капли дождя стучали о верх повозки.
Бородатый возница ехал уверенно, быстро, не сбиваясь в темноте. Цокот конских копыт отчетливо раздавался в сонном городе.
-Тпр-р-р!- крепко стянув вожжи приказал бородач. Извозчичья повозка остановилась, а лошади затопали на месте.
-Ваше благородие!- обернулся к пассажирам возница, довольный тем, что не заплутал в ночи, -За углом комендант!- низким басом внушительно сказал он.
Воронов споро высадился.
-Не бойтесь!- уверенно обратился он к сестрам. Те испуганно закивали головами.
-Ждите меня!- Воронов четким военным шагом направился к зданию. Сестры сидели тихонько. Янка концом своего пальто прикрыла колени, подышала в ладони.
Ожидание показалось долгим. Сестры нервно прислушивались к малейшему шороху. Они сидели одинокие, неутешные. Мокрые от дождя, давно отцветшие белым,акации не спали, шептались, дрожали листвой.
Вернувшись, Воронов нашел извозчика спящимв козлах.
-Кажется все! Едем!- громко сказал он, будя спящего. Но тот не проснулся.
-Вези добрый человек!- Воронов коснулся плеча извозчика,- Нам пора!
Свет утра, голубоватый и бледный вставал над городом. Трое ехали по вымытым ночным дождем еще мокрым улицам к вокзалу, чтобы немедленно разъехаться в разные стороны.
(автор Янина Милерович)
Комментариев нет:
Отправить комментарий